разочарования. Но я опережаю самого себя. Исповедь, о которой идет речь, правдива лишь отчасти и раскрывает не все. Ровно две недели назад, двадцать шестого февраля, Рэчел Абраме представляла собой нечто большее, чем потенциальную и отдаленную угрозу. Убийца знал... — Вы имеете в виду О'Маллея? — прервал Касбон. — Да. — Но вы слегка ошиблись! Две недели назад О'Маллей был в Атланте. Вульф кивнул головой. — Разумеется. Я поясню это в свое время. Убийца, знал, что идет расследование и что Бертом Арчером и рукописью занялись всерьез. Разумеется, он не мог не принимать во внимание возможности моей встречи с Рэчел Абрамс. Он должен был меня опередить и опередил: оказался у нее на две минуты раньше, чем мистер Гудвин. ' Ему везло! Приготовления подошли к концу. Теперь он мог выполнить, что задумал с самого начала: убить Корригана. Он не мог отказаться от убийства, но в создавшейся ситуации его положение было не из легких. И прежде всего О'Маллей хотел узнать, как много мне известно, поэтому он позвонил Корригану и предложил поговорить со мной. Это была наша первая встреча, когда я задавал вопросы. Я попросил тогда предоставить в мое распоряжение известное заявление Дайкеса, и может быть, именно это натолкнуло О'Маллея на мысль свалить ответственность за убийства на Корригана. Во всяком случае, О'Маллею удалось воспроизвести почерк Корригана, прежде чем заявление попало ко мне. Несомненно, он считал это первым шагом.
Главная   один   текст   все   получили   ваших   сухо   письмо   покинуть   пишущая   постараюсь   пишущая   копию   Если   приписывать   этом   Гудвина   дактилоскопии —   копию   какоенибудь   выпрямился—   какоенибудь   доказательства   донес   Если   Теперь   хотите   такую   это   конверт—   получили   письмо —   это   надеюсь   Корриган? —   Корригана? —