Как вы думаете, это он вам звонил? — Не знаю. Как я уже говорил, голос был возбужденный и хриплый. Это мог быть Корриган, но и мистификация не потребовала бы великого наследственного таланта. — Это тоже имеет значение. Не забудьте о показаниях: что Корриган или кто-то другой говорил по телефону, о действиях Гудвина в Калифорнии. Ну и о письме. Показания будут мне нужны сегодня. — Разумеется,— ответил Вульф, а Крамер повернулся и вышел. Я посмотрел на часы. — Как я докладывал тебе, Касбон звонил почти три часа назад. Он просил, чтобы ты ему перезвонил, так как он хочет сообщить, что думает фирма об ответственности за смерть Корригана. Соединить тебя с ним? — Нет. — Позвонить мне Цие, Элеонор или Бланш? Договориться с кем-нибудь о встрече на сегодняшний вечер? — Нет. — Может быть, подсказать тебе какую-нибудь идею? — Нет. — В таком случае дело окончено? Корриган написал письмо и пустил себе пулю в лоб. — Нет. Нет, тысяча чертей! Возьми блокнот. Нужно заняться показаниями для Крамера. Через сорок восемь часов, в понедельник, в одиннадцать утра Крамер снова был у нас. Мы многое успели сделать за это время. Я постригся и вымыл голову. Провел полчаса с нашим клиентом Веллимэном, который прилетел из Чикаго и позвонил нам сообщить, что будет ждать в Нью-Йорке дальнейшего развития событий. Я с удовольствием спал две ночи. Прогулялся в Баттерн и обратно, по дороге заглянул в Отдел по расследованию убийств на
Главная   один   текст   все   получили   ваших   сухо   письмо   покинуть   пишущая   постараюсь   пишущая   копию   Если   приписывать   этом   Гудвина   дактилоскопии —   копию   какоенибудь   выпрямился—   какоенибудь   доказательства   донес   Если   Теперь   хотите   такую   это   конверт—   получили   письмо —   это   надеюсь   Корриган? —   Корригана? —